Valentina.

Valentina
e-mail: molibozhenko@inbox.ru
 

ВИТАЛИЙ МАРКОВИЧ БАКУМЕНКО- КОЛЛЕКЦИОНЕР И ПРОПАГАНДИСТ КНИЖНЫХ ЗНАКОВ.
 









РЫЦАРЬ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ЭКСЛИБРИСА.


1 августа 2014 года ушел из жизни Виталий Маркович Бакуменко, "рыцарь отечественного экслибриса", как образно называли его друзья и коллеги. Ветеран Большого театра, оперный певец, журналист с пятидесятичетырехлетним стажем, Вице-президент Российской ассоциации экслибриса Международного Союза книголюбов, ответственный секретарь "Российского экслибрисного журнала", Действительный член Вологодского Союза писателей-краеведов, известный коллекционер книжных знаков, наставник и консультант многих художников.
      Виталий Маркович Бакуменко родился 8 марта 1937 года в городе Кривой Рог Днепропетровской области в семье шахтера. Семья была певческой, и мальчик с раннего детства знал, что станет артистом. В семнадцать лет уехал учиться в Днепропетровское музыкальное училище им. М.И. Глинки, окончил его по специальности сольное пение. Затем пять лет интереснейшей учебы на вокальном факультете Московского Музыкально- педагогического института им. Гнесиных, на последнем курсе которого был принят по конкурсу артистом хора в Большой театр СССР.
      Уже через год, параллельно с работой в Большом театре начинается журналистская деятельность В.М. Бакуменко. Сначала появляются заметки в газете Большого театра СССР "Советский артист", со временем география редакций и издательств становится шире, а темы и интересы начинающего журналиста все разнообразнее.
      Итогом его долгой журналистской деятельности публикации, список которых давно перевалил за тысячу. Виталий Маркович подготовил и выпустил в свет целый ряд книг-альбомов, каталогов и миниатюрных книжек. Три сборника под общим названи¬ем «Их прославил экслибрис» явились итогом его деятельности во славу художников - экслибрисистов. Сборники составлены из очерков, статей, эссе, напечатанных в газетах, журналах, альма¬нахах ряда городов России, Болгарии, Польши, Чехии. В общей сложности в книгах приведено более девятисот экслибрисов, что радует почитателей искусства книжного знака.

      Более сорока лет Виталий Маркович Бакуменко был активным пропагандистом экслибриса, известным коллекционером книжного знака. Он собрал уникальнейшую коллекцию из более, чем тридцати тысяч экслибрисов и более десяти тысяч книг, которыми щедро делился с отечественными музеями и выставочными залами. Его специально подобранные серии экслибрисов украшают многие выставки и форумы. Свою выставочную деятельность он начинал с небольших передвижных тематических выставок книжного знака в небольших городах Московской и Владимирской областей. В выставочном зале Музея экслибриса в Москве Виталий Маркович показал немало экслибрисных экспозиций, вызвавших интерес профессионалов и любителей графики. Но особую известность получили специальные выставки в рамках четырех всероссийских конгрессов экслибриса в Вологде «Памяти ушедших», которые воздавали должное заслугам ушедших признанных мастеров графики и внесли свой вклад в дело преемственности поколений.
      Коллекция же экслибрисов для книг Виталия Марковичу Бакуменко, состоит из более, чем пятисот экземпляров. Художники России, Украины, Белоруссии, Казахстана, Латвии, Эстонии, Азербайджана, Молдавии и Израиля работали над созданием книжных знаков для обширной библиотеки Виталия Марковича. Среди художников, мастеров экслибриса такие известные имена, как И. Кириакиди, В. Розенталь, Е. Синилов, Н. Шамрила, В. Марьин, Е. Терехов, Ю. Люкшин, С. Парфенов, Б. Романов, В. Житников.

      А начиналось все с двух книжных знаков, подаренных художником из Новороссийска Федором Молибоженко в далеких 1972-73 годах. В еженедельнике «Книжное обозрение» опубликовали заметку о прошедшей в Германии Международной выставке книги «ИБА — 71», на которой была показана экспо¬зиция «Советский экслибрис». Эта информация была проиллюстрирована экслибрисом художника Фёдора Молибоженко на имя Калягина (П.С.). Тогда-то и отправилось первое письмо московского журналиста Виталия Бакуменко в Новороссийск. Ответ от художника пришел незамедлительно. «…В конверте оказалась подборка отличных экслибрисов художника и среди них — оригинальная композиция, в центре которой находилось зда¬ние Большого театра, а на ступеньках к колоннам был помещён нотный стан. На нотах легендарной песни композитора Василия Соловьёва-Седого и поэта Михаила Матусовского «Подмосковные вечера» значились моё имя и фамилия.… Именно с легкой руки этого большого мастера ксилографии я вошел в волшебный мир книжного знака и много лет увлеченно коллекционирую, и активно занимаюсь популяризацией графики малых форм», вспоминал Виталий Маркович.
      Впереди были письма, встречи, новые работы художника и публикации журналиста. Память о безвременно ушедшем друге Виталий Маркович пронес через всю жизнь, в обширной библиографии художника перу Бакуменко В.М. принадлежит порядка пятидесяти публикаций и упоминаний о мастере. И спустя тридцать лет, Виталий Маркович помогал уже сыну художника Юрию Федоровичу добрыми советами.

      В экслибрисном мире Виталий Маркович занимал свое особое место. Он не был искусствоведом и не пытался их заменить. Среди публикаций Виталия Марковича Вы не найдете критических замечаний в адрес художников, что вовсе не означает, что в личной беседе или письмах он не обращал внимание авторов экслибрисов на все, даже совсем маленькие, ошибки в композиции, раскрытии темы или в технике гравирования. Помнится, не так давно, по сложившейся традиции эскиз нового экслибриса Юрий отправил Виталию Марковичу, а в ответ получаем: «Знак малосодержательный и нарисован равнодушно…» Пришлось целый вечер потратить на объяснение своей позиции.
      Виталий Маркович Бакуменко в мир экслибриса пришел с миссией популяризации и пропаганды экслибриса. Он прославлял всех художников, которых не оставила равнодушными работа над гравюрами малых форм, особенно в техниках высокой печати: ксилографии, линогравюре и других, выделяя при этом миниатюры пропитанные духом патриотизма и исторической правды.
      Он не жалел своего времени разъяснению традиций отечественного книжного знака, предостерегал от увлечений новыми модными тенденциями. Виталий Маркович не отрицал компьютерную графику, он ценил, и понимал открывшиеся возможности перед художниками, но, будучи бесконечно предан гравюре на дереве переживал за её будущее и поощрял тех художников, которые работали над миниатюрами в традиционных техниках.
      С распространением Интернета, когда художники и коллекционеры получили возможность общаться по электронной почте, только в нашем почтовом ящике писем, полученных от Виталия Марковича около шестисот. Так это только в нашем ящике, а сколько их по стране и миру! Когда мы поделились идеей создания персонального сайта художников нашей семьи, он сразу же с энтузиазмом стал вникать во все детали, советовал, как лучше расположить разделы на страницах сайта и тут же принимался выверять предложенные варианты. Доставал из бездонных своих архивов новые сведения о публикациях, выставках, незамедлительно отправлял нам на почту, делал замечания и требовал немедленного исправления всех ошибок. Но когда мы впоследствии предложили и ему оформить личные странички в Интернете, он отказался решительно, объяснив, что только книги и печатное слово могут его радовать.

      Виталий Маркович был для нас не просто другом, это наш огонек и вдохновитель, всегда находил нужные слова, чтобы поддержать или успокоить. Он с искренним восторгом воспринял наши репортажи с Всероссийских конгрессов экслибриса в Вологде и в результате из семейной забавы получился неплохой материал для истории. Мы много с ним спорили и не только о том, каков должен быть современный экслибрис. Иногда в своих спорах мы заходили так далеко, что потом некоторое время молчали, ожидая, кто же на этот раз первым предложит перемирие.
      Года полтора назад наша семья решила разыскать все экслибрисы Федора Молибоженко и подготовить каталог к печати, рассказали об этом всем друзьям и в скором времени нам пришел конверт с книжными знаками из коллекции Виталия Марковича. Более того он сообщил, что позже передаст нам и остальные материалы, связанные с именем отца Юрия. Он всё время держал под контролем всю нашу работу, торопил нас, попросил разрешения написать послесловие, но не успел.
      Будучи весьма в почтенном возрасте Виталий Маркович продолжал работать в театре, по-прежнему занимался журналистикой, совмещая это с огромной общественной деятельностью. Рядом с ним была его семья, супруга Людмила Константиновна, три сына и три внука, которыми он бесконечно гордился.

      Нам всегда казалось, что нашу семью Молибоженко из Новороссийска Виталий Маркович выделял из всех своих знакомых и друзей, так много нам посвящалось его души и сердца, но сейчас, перечитывая поступившие в этом месяц письма от художников, коллекционеров, мы видим, что и они думают так же, как мы. Виталия Марковича нам будет не просто всем не хватать – его нам никто не заменит.

                               Валентина и Юрий Молибоженко. Новороссийск. 2014




ОДНО ИЗ ПИСЕМ ВИТАЛИЯ МАРКОВИЧА В НОВОРОССИЙСК. осень 2009.


     Это одно из первых писем Виталия Марковича, адресованное лично мне. В то время я только что взяла в свои руки переписку мужа. Виталий Маркович дал Юрию задание написать свою биографию, Юрий перепоручил мне, я отписалась , Виталий Маркович раскритиковал и велел переписать. Делать было нечего, пришлось что-то насочинять, биография получилась нестандартной, местами забавной. Виталий Маркович обрадовался, сообщил мне, что у меня несомненно, дарование литературное присутствует,что весьма нас всех повеселило. В ответном письме я сообщила всё, что думаю о дарованиях вообще и писательских талантах, в частности. Завязалась хорошая такая переписка .
      Отрывки из письма ответ Виталия Марковича на мои размышления на тему воспитания детей, нужно ли влиять на их профессиональный выбор и т.д.

     Валя! Своим новым письмом Вы ещё раз красноречиво подтвердили моё утверждение о Вашем литературном даровании. В таких случаях я сыновьям говорю: "Я знаю, что говорю, и говорю, что знаю".
     ...........
      Слава Богу, у меня не было такого натиска со стороны родителей. Мой отец - простой шахтёр, обладал незаурядным умом, чему свидетельство: его с четырёхлетним образованием в церковно-приходской школе назначили руководителем одной из крупных шахт в Кривбассе. Так вот он давал нам, своим 5 детям, полную свободу с малолетства. Что я в 17 лет поехал поступать в Днепропетровское музыкальное училище, нет ничего удивительного, поскольку ещё в годы оккупации стал "выступать" с исполнением украинских и русских народных песен. Их я выучил с маминого прекрасного голоса. Соседи слышали моё пение и стали приглашать спеть что-нибудь, когда отмечали праздники или дни рождения. Меня всегда поражало почему они все поголовно плачут, когда я пел даже не совсем грустные песни...
      В 10 лет я уже регулярно стал выступать под баян на всех концертах в школе и в Дворце культуры шахтёров. Все учителя постоянно уговаривали моих родителей отправить сына на учёбу именно по пению. На что они им отвечали, что наш сын и так только об этом и мечтает. Вот как всё начиналось в моей жизни. Мои родители только удивлялись, когда я ещё совсем юным заявлял, что буду не только выступать на сцене, но и писать.
      Конечно, они воспринимали это как хвастовство, но жизнь быстро подтвердила, что сын их был прав. На последнем курсе Российской Академии музыки имени Гнесиных я по конкурсу был принят в Большой театр, а для защиты диплома, кроме исполнения партий Мефистофеля в "фаусте" и Короля Рэнэ в "Иоланте" и большой концертной программы, написал дипломную работу "Частная опера С.И. Мамонтова и её значение в развитии русского музыкального театра". Государственная комиссия в своём резюме написала, что мне надо заниматься не только оперным и концертным исполнительством и педагогической деятельностью, но и музыкально-критической в печати. С тех пор всё и началось.
      Как журналист я дебютировал в своём Большом театре, в нашей газете "Советский артист". Однажды её редактор сказал: "Виталий Маркович, а почему вы не несёте свои статьи в московские газеты и журналы?". Мне эта мысль и в голову не приходила. Но совету я внял. К моему удивлению, везде мои статьи взяли и попросили приносить другие...
      Вот, в общих чертах, как всё начиналось в моей жизни. Нынешним летом исполнится 46 лет моей работы в прессе, и на сегодняшний день в списке моих публикаций приближается цифра 1000, ещё я умудрился выпустить больше десятка книжек. На подходе завершение подготовки оригинал-макета Второй книги "Их прославил экслибрис"...
     Вот какая "самореклама" получилась сегодня у меня...
      Спасибо за новую посылку экслибрисов. Продолжим эпистолярное общение. А Вы, Валя, всё равно будете писать. Я знаю, что говорю...
      Сердечный привет и благодарность Юрию Фёдоровичу. Ваш Виталий Бакуменко.



ВИТАЛИЙ БАКУМЕНКО и ЭКСЛИБРИСЫ ХУДОЖНИКОВ ФЕДОРА и ЮРИЯ МОЛИБОЖЕНКО.




      Эти экслибрисы были выполнены Федором Молибоженко для Виталия Марковича Бакуменко в 1972-73 гг. Федор Дмитриевич был очень увлекающимся человеком , и если его кто-то заинтересовал , то он сразу же делал несколько эскизов, гравировал один или несколько экслибрисов на имя того , кем был увлечен в этот период жизни, делал подарок и больше к этой теме , обычно , не возвращался.
      Первый экслибрис для Виталия Марковича , как мы уже сказали был выполнен под впечатлением письма, и в знак благодарности за внимание к его имени. Потом завязалась переписка, тут юбилей Большого театра, Федор Дмитриевич выгравировал экслибрис по этой теме, но допустил ошибку еще на стадии эскиза, цифра 100 оказалась перевернутой, и второй экслибрис он не отправил, а награвировал третий, немного упростив и отправил в Москву, вместе с доской, как и первый, собственно. В то время Федор легко расставался с досками, это потом уже сами коллекционеры уговорили более аккуратно обращаться со своими работами. Виталий Маркович и сам впоследствии об этом напоминал Федору, и в этом году написал , что , конечно же, доски вернет в нашу семью. Но не успел.
     А о том , что был награвировал для его библиотеки еще один экслибрис , Виталий Маркович узнал только спустя 37 лет, когда мы опубликовали на сайте экслибрисы Федора Дмитриевича. Юрий тогда еще тираж ему печатал.
      Следующие два экслибриса памяти Федора Ивановича Шаляпина, хотя и не являлись экслибрисами для книг Виталия Марковича, но выполнены были под влиянием общения с ним , потому мы и включили их в этот ряд.
      Виталий Маркович считал Федора своим другом, писал ему глубоко личные письма. Федор, бывая в Москве, всегда с ним встречался. Новые гравюры, экслибрисы Федор традиционно отправлял в Москву другу. После смерти Федора в 1980 году к нам в семью по-прежнему иногда приходили письма от Виталия Марковича. Поэтому вовсе не случайно экслибрис Юрия Молибоженко по номером 14 был для библиотеки Виталия Марквовича Бакуменко.





      Юрий Молибоженко выполнил для библиотеки Виталия Марковича Бакуменко шесть книжных знаков, в разное время с 1986 по 2012 гг. Надо отметить, что никогда Виталий Маркович его об этом не просил, просто загодя сообщал, что неплохо бы поработать над такой темой и поскольку, до 2010 года работа над экслибрисом у Юрия была не систематическая , то если ему тема подходила , то он гравировал и отправлял подарок Виталию Марковичу.
      В последние годы мы с Виталием Марковичем были особо близки, и хотелось его порадовать, как - то на день рождения сделали для него буклет. Изображения экслибрисов на буклете получились не совсем удачные, но Виталий Маркович всё равно был рад вниманию. Экслибрис у 75-летию пришелся по душе нашему другу. Виталий Маркович очень радовался , что Юрий возобновил после длительного перерыва работу над экслибрисами, отмечал его рост, ему нравилось, как Юрий работает и нам очень жаль, что лучшие работы Юрия, которые еще впереди он уже никогда не сможет увидеть.
      А мы ведь еще многое не сказали друг другу.





Репортаж с 3 Всероссийского конгресса в Вологде 2011.

Всё о 4 Всероссийском конгрессе экслибриса в Вологде 2013.



 
 
Картины, интернет-магазин
Яндекс.Метрика